Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Понедельник, 26 Январь 2015 15:51

Миф о двух политических «церквах»

Миф о двух политических «церквах»
Две главные политические партии в США, Демократическая и Республиканца, фактически являются проводниками капиталистического мышления и находятся под культурно-политическим и финансовым влиянием владельцев крупного капитала и огромных транснациональных промышленно-торгово-информационных корпораций или, как их называют, конгломератов.

Эти две партии управляются горсткой политических маклеров и игроков, и большая часть американских граждан, за исключением избирательной кампании, когда она проявляет внешнюю склонность к одной из этих партий, никакой роли в политическом соучастии или в разработке политических программ демократов и республиканцев не играет. Эти партии не выдают карточек своим членам, никто не платит членских взносов в партийную кассу. Они не имеют даже штабов или штаб-квартир, разве что в период избирательных кампаний, американские граждане не знают, кто является генеральным секретарем, кто входит в исполнительные или специальные комитеты, разве что если они сами работают в этих структурах. Для американцев эти две партии представляют два политических и идейных движения, незримых в обычное время, но активно действующих в период выборов, и общественное мнение вынуждено голосовать на выборах за одну из двух партий, в противном случае американцы просто воздерживаются от голосования.


Последние полвека по крайней мере 50 % американцев не ассоциируют себя ни с одной из двух партий, а относят себя к независимым избирателям, но в период выборов у них просто нет иного выбора, кроме как выбирать либо демократов, либо республиканцев. Особо видимой разницы между двумя партиями не существуют, хотя внутри каждая из них имеет конкретные фракции – либеральные, умеренные и консервативные. Обе эти партии, находясь у власти, проводят практически одинаковую внешнюю политику, защищая интересы американской мировой империи, однако они различаются своими управленческими методами. Основная разница между Демократической и Республиканской партиями в политическо-идеологическом аспекте касается, в первую очередь, внутренних дел США, в частности степени автономности штатов и вмешательства федерального правительства в такие сферы, как образование, здравоохранение и соцстрахование.


Республиканцы с этой точки зрения убеждены в минимальном вмешательстве федерального правительства в дела частного сектора и по сравнению с демократами больше заботятся о защите интересов капиталистов. Демократы же выступают за большее вмешательство правительства в социальные дела и поддержку программ общественного благосостояния. Однако обе эти партии лояльны принципам либерального капитализма и яростно защищают его интересы. Некоторые публицисты – аналитики партийной истории США считают, что демократы и республиканцы являются фактически двумя фракциями внутри единой партии, но на протяжении партийной истории за счет острого соперничества они внушили американской общественности ту мысль, что у нее есть возможность выбора, как минимум, между двумя партийными программами.


Эта монополия и ограниченность партийно-политических структур в США привела к тому, что на данный момент большая часть общественности питает недоверие к этим двум партиям и в последние годы постаралась создать новую, третью партию, которая основывалась бы на иной идеологической платформе. Однако политическая структура США сопротивляется таким инициативам, и любое стремление создать альтернативную политическую партию обрекается на поражение. Пару лет назад в ходе губернаторских выборов в штате Миннесота выявилось настолько острое недовольство избирателей обеими партиями, и в результате кресло руководителя штата на 4 года завоевал независимый кандидат, в прошлом профессиональный борец и телевизионный иллюзионист!


Однако почему политические партии США впали в кризис, особенно в плане доверия со стороны общественности? Причин кризиса политической системы в Америке немало, но главные факторы можно сформулировать так:


1 – с точки зрения общественного мнения, политические партии превратились в инструмент раскола, а не общественного единства и сплоченности;


2 – политические партии ради привлечения голосов и завоевания власти готовы попирать общественные и моральные нормы;


3 – политические партии не предъявляют четких программ и путей решения социальных, культурных, экономических и бытовых проблем американского народа;


4 – партии погрязли в коррупции, в борьбе за личные и корпоративные интересы, злоупотребление бюджетными средствами со стороны руководства этих партий подорвало общественное доверие к этим структурам;


5 – политические партии не имеют ярко выраженных лидеров, которые могли бы поддерживать прямую связь с народом, вместо этого они добиваются избрания за счет финансовой поддержки крупных корпораций, пияр-компаний (или как их называют, избирательных технологий), закулисных сделок и агитации интересов своих корпоративных спонсоров;


6 – распространение электронных телекоммуникаций – спутникового и телевизионного вещания, социальных сетей в Интернете, подорвало монополию отдельных политических групп, которые долгие годы обладали возможностью формировать общественное мнение, и теперь разные группы за счет общения в социальных сетях могут противостоять «старым», т.е. официальным, политическим структурам;


7 – партии формировались в большинстве своем «сверху вниз», в большинстве случае удовлетворяя интересы только горстки людей, контролирующих их политический курс, иными словами, они не обладают народной базой;


8 – лидеры партий не обладают должным моральным авторитетом, их популярность резко снизилась из-за того, что они предпочитают личные и корпоративные интересы общественным и коллективным.


В последние годы два вопроса послужили источником острой дискуссии на национальном уровне в политических системах стран Запада, и прежде всего США. Это принцип суверенитета и статус политических партий в национальных обществах. И хотя это две разные и независимые политические концепции, наполненные особым смыслом, на деле они тесно связаны между собой и в историческом аспекте они составляют важные основы модели «нации-государства». Эти две концепции составляют важные элементы демократии и соучастия населения в государственных делах.


В целом, причины уязвимости и ослабления политической системы США можно обозначить в 10 следующих моментах:
1 – ослабление легитимности президентской власти;
2 – монополизация власти в руках республиканцев и демократов;
3 – ослабление доктрины разделения трех ветвей власти (исполнительной, законодательной и судебной) и политические заигрывания между ними;
4 – усиление контроля над жизнью рядовых американцев со стороны огромных финансово-коммерческих и медия-корпораций;
5 – формирование общественного мнения в средствах массовой информации и коммуникации;
6 – противоречия между региональными устремлениями и национализмом США в процессе глобализации;
7 – усиление межклассовых разрывов, разрушение социальных и семейных устоев;
8 – укоренение разврата и моральной деградации общества;
9 – высокомерие политической и экономической элиты, не желающей учиться на ошибках прошлого или приспосабливаться к новым условиям;
10 – чрезмерный материализм и надежды на технократические решения внутренних и внешних проблем.


Личная свобода, которая носит в США более экономический смысл, нежели политический, неограниченная эксплуатация огромных природных ресурсов, континентальный изоляционизм были в недалеком прошлом характерными чертами политической системы США, однако за последние полвека, особенно в начале XXI, беспрецедентный рост населения, загрязнения физической и социальной среды, машинизация человеческой жизни и страх за беспорядки в мире, в котором США взяли на себя роль жандарма, лишили американское общество спокойствия и душевной безопасности.


Гражданские свободы были резко ограничены после террористических атак 11 сентября 2001 г. под предлогом обеспечения национальной безопасности. И если раньше политический выбор был ограничен двумя партиями, хотя с различным внутренней платформой, то теперь соображения национальной безопасности позволяют отодвигать на задний план и все социально-экономические проблемы, в том числе махинации крупных корпораций, «затыкание ртов» всех недовольных и инакомыслящих. В то же время потребительский образ жизни (consumerism), основанный на постоянной потребности рынка в расширении, стал своеобразной идеологией рядовых американцев. Но в ходе недавнего экономического кризиса выяснилось, что эта идеология не прочна и не может послужить основой для динамичной и прогрессирующей экономики.


Наряду с этим, войны за пределами США всегда были одним из факторов сплочения американской общественности, а поскольку войн без внешнего врага быть не может, правящая верхушка США постоянно ищет образ нового внешнего врага, который помогал формировать идеологическую основу для американского милитаризма в последние 70 лет.
Всю вторую половину XX века таким внешним врагом был коммунизм Советского союза, который в ходе «холодной войны» послужил прекрасным инструментом для консолидации военно-политической, да и экономической мощи США.


Но в конце прошлого столетия, когда коммунистический лагерь распался, власти США утратили привычного внешнего врага, а потому переключили свое внимание на исламистский экстремизм и сделали мусульман-радикалов новым внешним врагом Америки. Но борьба с исламистским экстремизмом и фундаментализмом не сумело в должной степени убедить американцев в необходимости доверять властям, и как следствие все больше выявляется вся бессмысленность внутриполитической борьбы в США. Тем не менее, не приходится сомневаться, что доводы о национальной безопасности и борьбы с терроризмом открыли новые горизонты для извлечения политической выгоды.

Медиа

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить