Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Понедельник, 05 Январь 2015 15:40

Контроль политической власти владельцами крупного капитала (продолжение)

Контроль политической власти владельцами крупного капитала (продолжение)
Когда в начале 2009 г. к власти в США пришел темнокожий демократ Барака Обама, государство контролировало 35 % американской экономики.

К настоящему времени, эта доля достигла 44,7. По этому показателю США сейчас занимают 7-е место среди промышленно развитых стран. Первым же делом новый президент выдвинул идею принятия пакета «экономических стимулов» на сумму 787 млрд. долларов для крупных банков США, многие из которых в результате кризиса оказались на грани банкротства.
Следует заметить, что в отношении крупнейших банков Уолл-стрита, Лондона и других финансовых центров Запада всегда действовал принцип Too Big to Fail – «слишком большие, чтобы погибнуть». Такие банки со звучными брэндами относились к категории «неприкасаемых», «священных коров», обречённых на вечное существование. И это неудивительно: гибель любой «священной коровы» банковского мира грозит ввергнуть в пучину кризиса не только отдельную страну, но и весь мир. Ведь «священные коровы» существовали вне так называемой рыночной экономики с жестокой конкуренцией, высокими рисками, банкротствами и дефолтами. Их жизнь протекала в оазисах «банковского социализма».


Эти «оазисы» всегда получали необходимое количество живительной влаги под названием «денежная ликвидность» от Федеральной Резервной Системы США и казначейств в виде кредитов и инвестиций. Принципы «банковского социализма» в полной мере действовали в период последнего финансового кризиса, когда казначейства США, Великобритании, ряда стран Западной Европы и Японии направили на спасение «священных коров» суммы, составившие в совокупности несколько триллионов долларов. Плюс к этому была проведена тайная операция по почти беспроцентному кредитованию ведущих банков США и Западной Европы Федеральной резервной системой США на сумму более 16 трлн. долл.
После кризиса правящие круги США и других стран Запада под давлением возмущения общественности торжественно заявили, что с «банковским социализмом» будет покончено, «священных коров» государство больше спасать не будет. Барак Обама объявил о своей программе радикального реформирования финансово-банковской системы США. Ему удалось даже протолкнуть через конгресс закон Додда-Франка, который ещё называют законом о реформировании финансовой системы США.


Однако постепенно в банковском мире всё стало возвращаться на круги своя. Банки вернулись к финансовым спекуляциям, стали опять накапливать «плохие» активы, использовать средства клиентов для рисковых операций, выплачивать топ-менеджерам астрономические суммы бонусов, манипулировать с финансовой отчётностью и т.п. Всё это породило пессимизм у политических деятелей, общественных активистов, простых граждан. В воздухе запахло новым кризисом, вернее, второй волной кризиса.
Справедливости ради следует признать: в период кризиса были допущены исключения из принципов «банковского социализма» в отношении нескольких «священных коров». Некоторые из них были всё-таки отданы на «заклание». Наиболее крупная из таких «коров» – американский банк «Леман Брадерс», который был объявлен банкротом.


В последние два года в финансовом мире обозначилась тенденция резкого увеличения количества «наездов» на крупные банки со стороны финансовых регуляторов и других органов государственной власти. Имеются в виду различные действия финансовых регуляторов по расследованию незаконных действий банков, судебные процессы против банков по искам пострадавших вкладчиков и других клиентов, требования финансовых регуляторов по выплате банками штрафов и компенсаций пострадавшим.
Нередко регуляторы предлагают банкам урегулировать возникающие претензии во внесудебном порядке. Иногда это бывают коллективные соглашения, заключаемые финансовым регулятором с несколькими банками. Обычно в рамках такого коллективного соглашения сторонами определяется общая сумма штрафов, компенсаций и других претензий. Далее эта сумма распределяется во времени и между банками. Наибольшую активность стали проявлять финансовые регуляторы США, а также Великобритании.


Финансовые регуляторы США – это различные организации, находящиеся в ведении министерства финансов, министерства юстиции, Федеральной резервной системы, а также независимые от министерств организации. Они специализируются на разных финансовых рынках, разных видах финансовых организаций, разных типах финансовых инструментов. Это Комиссия по ценным бумагам и бирже (SEC), Национальная фьючерсная ассоциация (NFA), Комиссия по срочной биржевой торговле (САЕС), Национальное управление кредитных союзов (NCUA) и т.д. В США появляются новые регуляторы. Например, в самый разгар ипотечного кризиса в 2008 году было создано Федеральное агентство по финансированию жилья (FHFA). В Великобритании до недавнего времени был единый финансовый регулятор – Управление по финансовому регулированию и надзору (FSA). Недавно там началась реорганизация, планируется создать несколько регуляторов.
До финансового кризиса 2007-2009 гг. банки США уплачивали штрафы, которые исчислялись миллионами, максимум – десятками миллионов долларов. В конце прошлого – начале текущего столетия основным объектом расследований и преследований со стороны государства были, пожалуй, компании реального сектора экономики. Чаще всего основанием для обвинений были нарушения экологических стандартов, стандартов технической безопасности, санитарных норм и т.п.


Самый большой «наезд» на банки в США в докризисные времена имел место в 2003 году. Банки были оштрафованы регуляторами из-за введения в заблуждение клиентов, которые доверяли свои средства для осуществления инвестиционных операций (аналитические подразделения банков завышали цены акций, которые покупались инвестиционными подразделениями банков в интересах клиентов). Среди оштрафованных такие гиганты Уолл-Стрита, как Goldman Sachs, Morgan Stanley, J.P. Morgan Chase. В общей сложности было выплачено 1,4 млрд. долл., т.е. в среднем на банк пришлось по 140 млн. долл.
Ни для кого не было секретом, что американские судьи традиционно очень осторожно относились к любым искам в адрес крупных банков. Они прекрасно понимали, что крупный банк – особый институт, от которого зависит благополучие не только его сотрудников и его клиентов, но нередко благополучие всей Америки. Ведь крупным штрафом можно нечаянно спровоцировать банкротство банка, а оно, в свою очередь, может вызвать «эффект домино» во всей американской финансово-банковской системе. Поэтому судьи всячески уклонялись от рассмотрения исков против банков (особенно больших), а если всё-таки рассматривали иски, то консультировались с соответствующими финансовыми регуляторами. Такой вид «телефонного права» воспринимался как норма американской жизни.


В свою очередь, участники протестного движения «Захвати Уолл-Стрит», требующие увеличения вмешательства и надзора государства над экономическими делами, не могут смириться с минимальным налогообложением банков и прочих крупнейших корпораций. Они, как и прогрессисты конца XIX столетия, выступали за «регулируемый капитализм», основанный на принципе максимального налогообложения корпораций и обширного вмешательства федерального правительства в экономику и крупных затрат на социальные и благоустройственные программы. В их представлении, в период власти Барака Обама в США наступила эра «аристократического либерализма», при котором тесно переплетаются интересы финансовых, технократических и академических групп высших классов общества, чье богатство опирается на выгоду от колебаний курса акций. В зарождении этого протестного движения сыграло большую роль «прислужничество» правительства перед крупнейшими финансово-банковскими корпорациями Уолл-Стрита, т.е. именно то, что в свое время привело к появлению либерально-прогрессивного движения в противовес консервативному капитализму. Они считают, что либерализм в западном мире появился для того, чтобы защищать простых трудящихся и служащих, т.н. «синих воротничков», от засилья рыночного капитализма. Именно поэтому они требуют увеличения налогов для владельцев крупного капитала наряду с более обширным вмешательством государства в экономику. По их мнению, в отличии Великой Депрессии 1930-ых годов, на этот раз федеральному правительству не удалось выбраться из кризиса из-за огромного политического влияния крупных капиталистов на государственные институты. С одной стороны, администрация Барака Обамы предъявила неадекватные кризису пакеты экономических стимулов, а с другой, тесное переплетение интересов владельцев крупного капитала и правящих кругов США позволило при Джордже Буше принять закон о минимальном налогообложении крупных капиталистов.


Так или иначе, идеологический разлом, образовавшийся в американском обществе, под влиянием текущего кризиса стал шире и глубже. Капиталистическая система, основанная на неоклассических ценностях, спровоцировала кризис, который, с одной стороны, существенно сократил общее национальное богатство США, а с другой, заметно ухудшил покупательную способность и благосостояние рядовых американцев.
По своим идеологическим убеждениям, практически все участники протестного движения близки друг к другу: они выступают за радикальное перераспределение богатства в стране, верят в необходимость государственного регулирования деятельности частного сектора и выступают против ничем не ограниченного рыночного капитализма. И хотя большая часть протестующих в 2008 г. проголосовала за Барака Обаму, сейчас они пришли к тому выводу, что либералы в Белом Доме и Конгрессе под сенью «аристократического либерализма» не добиваются увеличения социальных расходов правительства соразмерно масштабам кризиса и, подобно своим коллегам-неоконсерваторам, не видят особой необходимости в увеличении налогов для богатых. Именно такое сближение экономических взглядов между демократами и республиканцами в борьбе с экономическим кризисом и увеличило социально-идеологический разрыв в американском обществе.

Медиа

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить