Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Четверг, 19 Май 2016 10:49

Покойный поэт Хусейн Монзави - 2

Покойный поэт Хусейн Монзави - 2
Сегодня мы продолжим знакомство с творчеством одного из современных поэтов Ирана, покойного Хусейна Монзави.

 

Я не ангел, я не демон, я – то, что я есть.
Не от огня, не от ветра я, дитя земли я,
Только я и светоч разум, что погаснет от легкого бриза,
Ни рассвета в руках у меня, ни звезды на лбу,
Только я и рваная одежда, что лишь мне сгодится.
Ни небес у врат моих, ни земли за пазухой,
Я – не символ добра или зла, ни плохой я, ни хороший.
Я черный и белый, я серая зона, в крови моей добро и зло.


В современной персидской поэзии Хосейна Монзави знают как «поэта газели». Он был одним из главных звеньев в цепочке порождения «новой газели». Во многих его сборниках стихов можно встретить прекрасную поэзию неоспоримо, но словно был рожден для того, чтобы писать стихи, и со временем стал одним из пиков новой газели.


Один из его друзей, говоря о Монзави и его стихах, которые являются зеркалом его жизни и настроений, считает: «Если он видел зло, он не мог молчать, он протестовал, причем преотестовал открыто и смело. В те минуты он был похож на штормящее море, но, как только этот шторм миновал, он вновь становился спокойным морем, на берегу которого можно было насладиться легким бризом». В жизни Монзави можно, безусловно, найти и природы бушующего волнения, и отрезки спокойного творчества.


Мой леопард – гордая душа моя –
И точно вцепился в цель,
Но любовь – мой ясный месяц –
Был слишком высоко.
Как жалкий шелкопряд всю жизнь,
Прядет себе темницу, мечтая о полете.


Поэтическое дарование Монзави проглядывает в каждом сборнике его стихов. Когда он опубликовал свой первый сборник под названием «Раненный кинжал лирики», критики прогнозировали, что на литературном поприще Ирана появился молодой автор со свежими лирическими настроениями, и немногим спустя эти прогнозы воплотились в реальность. Монзави, несмотря на то, что увлекался новой поэзией основной свой вкус проявлял в отношении газели. Вместо того, чтобы подобно другим авторам, заниматься новшествами в современной поэзии, он попытался переложить «классическую» газель в новый лад. Со временем он стал образцом для других молодых поэтов, в том числе революционных, многие из которых заимствовали его стиль в написании газели.


В числе особенностей газелей Монзави можно привести красочность свежих картин, прекрасные современные описания, волнующий полет воображения. Революционный поэт Мохаммад-Хосейн Джафариан, говоря о газелях Хосейна Монзави, замечает: «Стихи Монзави всегда вызывали во мне восхищение и зависть одновременно. Зависть потому, что в его сочинениях я всегда находил самые глубинные призывы своей души. Я завидовал, поскольку сам не мог столь красочно и точно обрисовать то, что творится в моей душе».


Стихи Монзави отличаются простотой, искренностью и выразительностью, они легко налаживают связь с читателем, поскольку отражают его потайные мысли.


Одной из главных особенностей стихов Монзви можно назвать их иллюстративность. Современный литературный исследователь Шамс Лангруди считает по этому поводу, что «газель Монзави представляет собой сочетание кинематографической красоты с поэтическим дарованием Хафиза».


И вправду во многих своих газелях Монзави пишет, словно находится за кинокамерой. Мы видим резкие возвраты в прошлое и напоминания о каких-то утерянных мыслях и чувствах, подобно «флэшбекам» в кинофильме. Многие его сочинения носят иллюзорный характер, они пропитаны атмосферой сказочности, нереальности. Но что интересно, при всей своей иллюзорности и повествовательности его бейты сохраняют каждый свою независимость, что свидетельствует о небывалом мастерстве и одаренности автора.


В озарении души тебя узрел я вновь
На твой подол много насыпал звезду я много,
В водовороте мрака в ужаса пучине,
Молчание хранил я как гранит.
И вот однажды окровавленная рука,
Меня на берег страшный оттянула.
Открыв глаза, твой лик с улыбкой
Я увидел, спокойный бриз на море том безбрежном.


Под конец следует отметить, что Монзави ни о чем мыслил столько, сколько о бессмертии и вечности, и словно увековечил себя самого своими газелями.


На этом, дорогие друзья, наш литературный журнал подходит к концу. Мы прощаемся с вами до новых встреч в нашем эфире. Всего вам доброго.

Медиа

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить