Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Воскресенье, 21 Декабрь 2014 13:17

Литература священной обороны

Литература священной обороны
На этой неделе мы продолжаем изучение литературы священной обороны, которая составляет важную часть постреволюционной литературы.

О как хотелось бы, чтоб возвратились однажды вечером
Те небесные мужи в обычном облаченье,
Однажды утром, когда огненный дождь омывает лица,
И залечили бы трещины земли платками, кровью обагренными.
И внезапно мы услышим смех цветов полевых,
И раны цветов излечат обезглавленные тела.
И дети скажут: «Мама, как же не успели мы письма прочесть!»
И жена молвит, «Прощай, мой милый супруг!»,
И раны оживут, и буря поднимается вновь.


В предыдущей передаче мы разделили военную поэзию на три периода с языковой, содержательной и структурной точек зрения: зарождение поэзии войны, период абстракции и созревания, и, наконец, послевоенное развитие. Было отмечено, что на первом этапе в силу внезапной агрессии врага против нашей страны и становления неокрепшей еще исламской республики, большинство стихов носило лозунговый характер и печаталось в периодике, главной целью авторов было поощрение и мобилизация иранской молодежи к отражению этой агрессии. На втором этапе поэзия войны начала приобретать более интроспективный характер, а поэты говорили уже о влиянии болей и радостей общества на свои сердца, чувства и мысли, что в конечном итоге придало поэзии более эмоциональную и искреннюю окраску.


Третий период развития военной поэзии начинается уже после окончания 8-летней навязанной ирако-иранской войны. Он отличается атмосферой «тоски по ушедшему каравану и печали оставшихся в живых».
Навязанная война проникла во все аспекты жизни иранского народа. Ее конец, с учетом того страдания, которое перенес основоположник исламской революции (принятие резолюции № 598 СБ ООН со стороны Ирана сам имам уподобил испитию «чащи яда»), вызвал у иранцев волну тоски и печали.


Чем дальше мы отделяемся от войны, тем больше заглушается «колокольчик каравана шахидов». По этой причине у многих в груди назревает возглас сожаления о том, что они не присоединились к этому каравану. Таким образом, тоска об ушедшем караване печали стала первым тематическим сюжетом послевоенной поэзии.


Мои товарищи помолились и ушли,
Оставили в одиночестве меня, ушли,
И конники прошлись по трупам,
И сколько ни кричал я, не вернулись.
Оставили меня в темнице этой,
Осудили на одиночество меня,
Но нет во мне мочи оставаться,
О Боже, нет во мне сил дальше жизнь влачить.


Тоска и печаль буквально пронизывают все стихи, написанные в этот период. Центральной темой являются мечта о мученической гибели (шахадате), тоска об окончании войны, тоскливое описание фронтовой жизни и, наконец, отражение этой тоски в символической и метафорической форме. С течением времени тоска по войне не только не ослабла, но и приобрела более ярко выраженный иносказательный характер в современной иранской поэзии, особенно среди авторов, прошедших через огонь и воду.


Какие же прекрасные мужи прошли сквозь огонь,
Какие же прекрасные мужи почерпнули в огне свежие силы,
Земля умирает от жажды, от жажды умираю я,
Сердца жаждут соединения в любви.
Какие же прекрасные мужи до моря добрались,
Но ветра нет, что закружил бы лодочку мою,
Ведь я жажду только роскоши ковров,
Я о столе начальском, о должности забочусь,
И сердце мое опутано цепями моего «Я».
Какие же прекрасные мужи до неба добрались,
Какие же прекрасные мужи в райский сад попали.


Чем дальше уходит во времени от нас война, тем сильнее ощущается тоска по шахидам, по фронтовой жизни и переживаниям в войне, но в образе жизни и даже мышлении простого народа всегда происходят изменения. Жизнь и мир приобретают иные краски в наших глазах, и со временем воспоминания о войне и военной культуре уходят в прошлое. Такие социальные явления сильно покоробили чувства поэтов, тоскливо вспоминающих о войне, вплоть до того, что некоторые из них избрали уединение, другие высказали протесты, а некоторые другие сочинили новые стихи о войне и шахидах, желая воскрешения тех, кто принес свою жизнь на алтарь свободы.


Давай вернемся к зеркалу, к Корану и к воде,
Давай вернемся к коню, к легенде и седлу,
Давай оживим воспоминания свои,
Вернемся к жизни, что была ключом,
К мозолистым рукам вернемся, и скатерти скудной,
Давайся вернемся к революции первым словам.


Военный поэт – это поэт, сознательно воспринимающий свое время, внимательно присматривающийся к окружающему миру и чутко реагирующий на происходящие вокруг него события. По этой причине они не боятся восклицать и протестовать тем, где это необходимо. Поэзия протеста пропитана колкостью, иногда язвительностью, которая переплетается с печальной тоской. Эти авторы говорят о мире, который помышляет о цивилизованности, но позабыл о человечности. Эти стихи бросают вызов обществу, позабывшему богатую и яркую фронтовую культуру, и повествуют об отчужденности ветеранов войны в городах и селах! Это протест против мирового молчания, против девальвации ценностей, против увеличения роскошью и прочими мирскими страстями, против ханжества современных лицемеров.


Время навязанной войны было порой поощрения, эпического энтузиазма и сокращения времени и расстояний, когда времени не хватало на описание фронтовых событий, а если и в стихах появлялись войны и бойцы, это опять же было направлено на воспламенение чувства.
После войны времени стало слишком много. Все то, что авторы не успевали высказать в разгаре сражений, было изложено на бумаге за счет сочетания воспоминаний и переживаний. По мнению Гуламрезы Кафи, одного из исследователей военной поэзии, «в этих описаниях можно найти наилучшее толкование военной поэзии и самые красочные ментальные изображения и иллюстрации».


Основными темами здесь служили описание шахидов, воинов и ополченцев, изображение фронтовой атмосферы, повесть инвалидов химических атак и пропавших без вести.


Мой сосед, подросток еще, на фронт ушел,
Унес он на войну всю молодость свою,
С тюльпанами он подружился в поле, где пал,
Мой сосед, что вечно уходил на войну,
Клянусь, ни на секунду не забывал о Боге он,
Печалюсь, что честь эта выпала ему,
А мне лишь – боль за то, что не могу.


На этом, дорогие друзья, наш литературный журнал подходит к концу. Мы прощаемся с Вами до следующей недели и до новых встреч в нашем эфире. Всего Вам доброго и да хранит Вас Аллах.

Медиа

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить