Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Четверг, 06 Февраль 2014 18:03

Маснави

Маснави
1. Что такое «маснави»? Ведь, в зависимости от содержания они даже отличались поэтическими размерами. Так, эпические маснави писались размером «мутакарриб», духовные — размером «рамал» или «хафиф», а любовные — размером «хазадж».

2. Вы говорили о шести наиболее известных маснави в персидской литературе. Прочитайте отрывки из них.

3. Санаи – Аттар - Моулави.

 

Что такое «маснави»? Ведь, в зависимости от содержания они даже отличались поэтическими размерами. Так, эпические маснави писались размером «мутакарриб», духовные — размером «рамал» или «хафиф», а любовные — размером «хазадж».

Сначала разберемся с самим понятием «маснави» - (от ар. «парный») это вид стиха, где бейт, то есть две мисры, имеет единую рифму, но рифмы  разных бейтов отличаются друг от друга, например:

_______а                  _______а

_______б                  _______б

_______в                  _______в

 

Поскольку количество бейтов неограниченно в персидской литературе, этот вид стихосложения используется в духовно-мистических, эпических, нравоучительных и любовных произведениях. Его появление относится ко времени правления династии Саманидов. Например, от Рудаки до нас дошло 6 маснави нравственного характера. Унсури принадлежат 3 маснави, одно из которых - история любви Вамека и Азры. Асад Гургани написал «Вис и Рамин» - любовное маснави 5 века.

 

Из наиболее известных маснави в персидской литературе:

1. «Шах-наме» Фирдауси; 2 - «Хадикат уль-Хакикат» Санаи; 3 - «Хамасе» Низами; 4 - «Мантик ат-Тейр» Аттара; 5  - «Маснави-йи маанави» Моулави;  6  - «Бустан» Саади. Но, чаще всего, когда иранцы упоминают термин маснави - они имеют в виду «Духовные маснави» Моулави, о которых мы поговорим в следующих передачах.

 

А сейчас классифицируем маснави  по их содержанию:

1. эпические«маснави» (مثنوی حماسی)

Создание таких маснави началось в 4 в. л. х. (10 в.) и достигло высшего развития в "Шах-наме" Фирдауси. Поэма носит эпическо-романтический характер, хотя в ней присутствуют и исторические части. Поскольку в произведении есть повествовательные разделы, оно называется эпическим. Говоря о размерах: "Шах-наме" написано размером "мутакарриб", который своим "героическим звучанием" отлично подходит к содержанию данного произведения.

Также сюда можно отнести маснави "Гершасп-наме" Асади Туси, где главной темой являются рассказы древнего Ирана, упомянутые в Авесте и других литературных источниках первых веков Ислама.

 

2 – дидактические «маснави» (مثنوی تعلیمی)

В таких произведениях поэты поднимают вопросы нравственности. Так как в форме маснави можно писать длинные произведения, не быть ограниченными в наставлениях, и подробно излагать свои мысли, зачастую именно эта форма выбирается для создания таких произведений.

"Бустан" Саади - яркий пример персидской дидактической литературы. В эту же группу можно включить "Духовные маснави" Моулави, хотя дидактика лишь одна из составляющих этого труда, и "Хадикат ал-хакикат" (Сад истины) Сана'и Газнави.

 

3 – Любовные «маснави» (مثنوی عاشقانه)

В этом виде маснави основное внимание уделяется лирическому повествованию, т. е. переживаниям героев и их любовным перипетиям. Здесь главные - влюбленный и возлюбленная и трудности, которые они преодолевают на пути достижения друг друга. Тема любви - земной или небесной - одна из любимых "вечных" тем в литературе в целом, и в персидской литературе, в частности.

В 5 в. л. х. (11 в.) Асад Гургани написал известное любовное маснави "Вис и Рамин", сюжет которого заимствован из среднеперсидской литературы.

В 6 в. л. х. (13 в.) на поэтической арене появился крупнейший иранский поэт-повествователь Низами Гянджави. Его любовные маснави "Хосров и Ширин", "Лейли и Маджнун", "Хафт пайкар" (Семь красавиц), написанные зрелым и выразительным языком, по праву заняли ведущие позиции в персидской литературе.

В 7 в. л. х. (13 в.) в Индии работал мастер персидских любовных маснави — Амир Хосров Дихлави, который сочинил пять поэм, три из них — подражание Низами. Его "Ширин и Хосров" и "Лейли и Маджнун" перекликались с одноименными поэмами Низами, а "Хашт бехешт" (Восемь раев) была написана в стиле "Семи красавиц" Низами.

В 8 в. л. х. (15 в.) в подражание любовным маснави Низами писал Ходжу Кирмани. Он написал маснави "Хумай ва Хумайун" и "Гол ва Ноуруз" (Цветок и Новый год).

В 9 в. л. х. (15 в.) Джами в ответ на "Пятерицу" Низами создал свою "Семерицу", которая собирательно называлась "Хафт ауранг" (Семь венцов). К этой группе относятся также поэмы "Йусуф и Зулейха" и "Лайли и Маджнун". Но, следуя за Низами, Джами все же больше внимания уделял духовным и назидательным маснави, чем любовным.

В 10 в. л. х. (16 в). в Индии 'Урфи Ширази написал в подражание Низами поэму "Хосров и Ширин". В том же веке Вахши Бафки создал любовное маснави "Фархад и Ширин", которое осталось незаконченным. Хатифи Харджирди (927 г. л. х. (1520 г.)), внук Джами, в подражание Низами написал три поэмы любовно-лирического содержания ("Лейли и Маджнун", "Ширин и Хосров" и "Хафт манзар" (Семь видов)).

В период литературного Возвращения также некоторые поэты проявляли склонность к сочинению маснави. В период правления Фатх 'Алишаха Каджара Висал Ширази написал маснави "Базм-е висал" (Пир свидания) и завершил неоконченную поэму Вахши Бафки "Фархад и Ширин".

 

4 – духовно-мистические «маснави» (مثنوی عرفانی )

Маснави духовно-мистического содержания появились в персидской поэзии в творчестве Сана'и. Хотя маснави "Хадикат ал-Хакикат" (Сад истины) представляет собой назидательную поэму, по содержанию оно может быть классифицировано и как духовно-мистическое, в нем нравоучения тесно переплетены с исламским мистицизмом. Духовными считаются и маснави 'Аттара, которому принадлежит второе по известности (после Моулави) мистическое маснави "Мантик ат-Тейр" (Беседа птиц).

Эволюция духовных маснави достигла своего апогея в творчестве Моулави. "Духовные маснави" Моулави — это произведение духовно-мистического содержания, не лишенное также назидательных и религиозных моментов. Книга состоит из шести частей, в которых поэт приводит многочисленные рассказы и предания, подходящие к наставлениям маснави. После Моулави уже не было создано столь известных духовно-мистических маснави, как «Духовные маснави», но в этом жанре писали 'Ираки и Джами.

 

А в современной персидской литературе пишут ли маснави?

В современной персидской литературе наиболее удачные маснави принадлежат поэтессе Парвин Эттесами. Ее маснави - это короткие рассказы нравоучительного характера.

 

А что же общего у маснави?

Общим для большинства персидских маснави является то, что в них наставления подтверждаются рассказами. Маснави —  одна из основных форм традиционного персидского повествовательного произведения, а главное ее преимущество – неограниченное число бейтов.

 

Вы говорили о шести наиболее известных «маснави» в персидской литературе. Прочитайте отрывки из них.

1. Фирдауси - отрывок из «Шах-наме»: встреча Рустама и Тахмины:

 

چو یک بَهره از تیره شب در­گذشت          شباهنگ بر چرخِ گردان بگشت

یکی بنده شمعی مُعَنْبَر به دست          خِرامان بیامد به بالین مست

پس پرده اندر یکی ماهروی          چو خورشیدتابان پُر از رنگ و بوی

ازو رستمِ شیردل خیره ماند          برو بر جهان آفرین را بخواند

چنین داد پاسخ که تهمینه­ام          تو گویی که از غم به دو نیمه­ام

 

2. Санаи – рассказ из «Хадикат ул-Хакикат»:

 

آن شنیدی که رفت نادانی          به عِیادَت بدردِ دندانی

گفت بادَست از این مَباش حَزین          گفت آری و لیک سوی تو این

باد باشد چو بی­خبر باشی          آب و آتش چو خاک برپاشی

بر من این درد کوهِ پولادست          چو تو زین فارغی ترا بادست

 

Как-то несведущий посетил человека, у которого болел зуб. Сказал он больному: не печалься, это лишь припухлость. Больной сказал: поскольку ты не знаешь, что это, для тебя это лишь припухлость. Тот говорит, что ерунда, кто не ведает, о чем говорит.

 

3. Аттар – рассказ из «Мантик ут-Тейр»:

خاک بیختنِ مجنون

دید مجنون را عزیزی دردناک          کو میان رَهگُذَر می­بیخت خاک

گفت: ای مجنون، چه می­جوئی چنین؟          گفت: لیلی را همی جویم یقین

گفت: لیلی را کجا یابی ز خاک؟          کی بُوَد در خاکِ شارِع دُرِّ پاک؟

گفت: من می جویمش هر جا که هست          بوک جایی یک دَمِش آرَم بدست

 

Маджнун на тропинке

Добросердечный прохожий увидел Маджнуна плачущим:

тот на тропинке землю просеивал.

— О Маджнун, что ты там ищешь? — прохожий спросил.

— Безусловно, ищу я Лейли, — ответил Маджнун.

— Где же ты её ищешь? в земле? — воскликнул прохожий. —

Разве место чистой жемчужине на проезжей дороге?

— Я ищу повсюду её, — ответил Маджнун. —

Может быть, где-нибудь хотя бы на миг и найду!

 

4. Моулави – «Рассказ о дубильщике кожи, которому на базаре благовоний стало дурно и тошно от этих запахов»:

آن یـکــی افــتــاد بــیـ­­هــوش و خـَـمــیــد          چــونـَک درِ بــازارِ عــطــاران رســیـد

بــــوی عــــطــــرش زد ز عـــطـّـــارانِ راد          تــا بــگـردیـدش سـر و بــر جـا فِـتـاد

جـــمــع آمــد خـــلــق بـــر وی آن زمــان          جـمـلـگـان لاحَـوْل گـو درمـان کُـنـان

آن یــکــی کــف بـــر دلِ او مــی بــرانــد          وز گُـلاب آن دیگـری بـر وی فـِشـاند

آن بـَــخُـــورِ عُــود و شــکّــر زد بـــه هــم          وآن دگر از پـُوشـشـش می کـرد کم

پـس خـبــر بــردنـد خـویـشـان را شـتـاب          که فلان افتـاده اسـت آن جـا خـراب

یـــک بــــرادر داشــــت آن دَبـّـــاغِ زَفـــت          گُــرْبـُـز و دانــا بــیــامــد زود تــفــت

انـدکــی ســرگــیـنِ ســگ در آســتــیـن          خـلـق را بـشـکـافـت و آمد بـا حـنین

گفـت من رنجـش همی دانم ز چـیسـت           چون سبب دانی، دوا کردن جَلیست

چـون سـبـب معـلوم نبـود، مشـکـلـسـت          داروی رنج و در آن صـد مَحـمِلـسـت

چـون بـدانـسـتـی سـبـب را، سـهل شـد          دانـشِ اســبــابِ دفــع جــهـل شــد

پـس چـنـیـن گـفـتـسـت جـالـینـوسِ مِـه          آنـچ عـادت داشـت بــیـمـار آنـش دِه

«Дубильщик кож пошел на базар за необходимыми вещами. Придя на базар ароматических масел, он потерял сознание от запаха благовоний. С утра до полудня он лежал на базаре без сознания, вокруг него собирались люди, чтобы помочь. Один человек подошел к нему и приложил руку к его сердцу. Другой принес розовой воды. Он не знал, что именно запах розовой воды свалил его с ног. Еще один начал растирать ему голову и руки. Следующий принес глины для лечения. Еще один закурил ладан и уд. Другой, думая, что у этого человека солнечный удар, раздел его. Еще один нагнулся и поднес ухо к его носу, чтобы понять дышит ли он. Следующий открыл ему рот и понюхал его. Другой потрогал пульс. Тот, кто нюхал его рот, подумал, что тот накурился гашиша или пьян. После того, как никто не понял причину его обморока, сообщили его родственникам. Пришел брат дубильщика кож, принеся с собой собачий помет. Найти лекарство не проблема, важно найти причину боли. Когда узнаешь причину, будет проще найти решение. Я хорошо знаю своего брата. Мой брат с утра до вечера работает в грязном месте и поэтому он привык к отвратительным запахам. Поэтому запах благоуханий свалил его с ног. Привычка – вторая натура. Поэтому Гален сказал: дайте больному то, к чему он привык. Больной заболел, потому что лишился того, к чему привык. Этот бедняга упал на землю подобно навозному жук, который привык к помету, запах розовой воды валит его с ног».

 

5. Низами - отрывок из «Хосров и Ширин» - т.н. муназире Хосрова и Фархада – стихотворные прения двух влюбленных:

نخستین بار گفتش کز کجایی           بگفت از دارِ ملک آشنایی

بگفت آنجا بصنعت در چه کوشند           بگفت اَندُه خَرند و جان فروشند

بگفتا جان فروشی در ادب نیست           بگفت از عشقبازان این عجب نیست

بگفت از دل شدی عاشق بدینسان           بگفت از دل تو می­گویی من از جان

بگفتا عشق شیرین بر تو چون است           بگفت از جان شیرینم فزون است

Хосров спросил: "Ты кто? Тут все я знаю лица".

Фархад: "Мой край далек, и Дружба - в нем столица".

Хосров: "Чем торг ведут, зайдя в такую даль?"

Фархад: "Сдают сердца, взамен берут печаль".

Хосров: "Сдавать сердца - невыгодный обычай".

Фархад: "В краю любви не каждые с добычей".

Хосров: "Ты сердцем яр. Опомниться спеши".

Фархад: "Разгневан ты, я ж молвил - от души".

Хосров: "В любви к Ширин тебе какая радость?"

Фархад: "Сладчайшая душе влюбленной - сладость".

 

6. Саади – отрывок из «Бустана», рассказывающий о силе любви:

به مجنون کسی گفت کای نیک پی           چه بودَت که دیگر نیایی به حَی؟

مگر در سرت شورِ لیلی نماند           خیالت دگر گشت و مِیلی نماند؟

چو بشنید بیچاره بگریست زار          که ای خواجه دستم ز دامن بدار

مرا خود دلی دردمندست ریش          تو نیزم نمک بر جراحت مریش

نه دوری دلیلِ صبوری بود          که بسیار دوری ضروری بود

بگفت ای وفادار فرخنده خوی          پیامی که داری به لیلی بگوی

بگفتا مبر نامِ من پیشِ دوست          که حیف است نامِ من آن جا که اوست

Спросили раз Меджнуна: "Что с тобой?

Что ты семьи чуждаешься людской?

И что с Лейли, с твоей любовью, сталось?

Ужель в тебе и чувства не осталось?"

Меджнун ответил, слез поток лия:

"Молю, отстаньте от меня, друзья,

Моя душа изнемогла от боли,

Не сыпьте же хоть вы на рану соли.

Да, друг от друга мы удалены,

Необходимости подчинены".

А те: "О светоч верности и чести,

Вели – Лейли передадим мы вести!"

А он им: "Обо мне – ни слова ей,

Чтобы не стало ей еще больней".

 

Санаи – Аттар - Моулави

Мистическая поэзия зародилась в творчестве Мансура Байазида, Халладжа, Абу Сайда Абу аль-Хейра, Ахмада Газали, а первым опытом персидской мистической поэзии является поэзия тех, кто был связан со школой Мохаммада Ибн Керама (محمد بن کرام) (ум. 255 г./ ).  Абузер Бузджани (ابوذرِ بوزجانی) – пионер суфийской мистической поэзии.

Но самыми известными стали три поэта, о которых и пойдет речь в наших следующих передачах. Поэзия Санаи, Аттара и Моулави (Руми) – «сладкая величественная река», которая на протяжении многих веков утоляет жажду человеческой души.

С исторической точки зрения, первой была поэзия Санаи, затем Аттара. После Аттара, кульминацией суфийской поэзии являются произведения Моулави (Джаллалиддин Руми). В море персидского «эрфана» три волны: первая – Санаи, вторая – Аттар, третья – Моулави (Руми). Все они, будучи абсолютно независимы, связаны друг с другом, дополняют друг друга. Но духовные связи существовали: очевидна духовная связь Аттара и Моулави (Руми) – по легенде юный Руми со своим отцом отправляется в Нишапур, где встречается с Аттаром, который дарит ему свою книгу «Асрар-наме». Мистицизм Моулави – продолжение исламского мистицизма (تصوّف) Аттара, где, в свою очередь, мистицизм Аттара – это совершенствование мистицизма Санаи. Все три поэта считают «желание, изучение, достижение» - необходимыми составляющими пути познания.

Наследие Аттара и Моулави (Руми) – высшее духовное наследие человеческого рода в среде мистического мировоззрения. Поэзия Санаи прекрасна и величава, интересна и занимательна, но иногда переплетается с мгновениями другого мира, с которым, мистическое мировоззрение враждует.

То есть три поэта – Санаи, Аттар и Моулави – есть «равнобедренный треугольник», о каждом «угле» которого мы расскажем Вам в следующих передачах.

Медиа

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Видео и фото