Этот сайт больше не действует. Мы изменили свое навание на Parstoday Russian.
Понедельник, 14 Январь 2013 16:06

«Иранцы ни за что не допустят, чтобы кто-то пришел в их дом и стал ими командовать»

«Иранцы ни за что не допустят, чтобы кто-то пришел в их дом и стал ими командовать»
Интервью с российским участником иранского международного кинофестиваля «Сопротивление»

Дорогие друзья, сегодня в гостях у радио «Голос Ирана» известный российский кинодокументалист и журналист Ильяс Богатырев, автор документальных фильмов «Терроризм как реклама», «Кавказский хребет России», «Другая сторона кино», «Рынок рабов», «И тогда я выстрелил», «Сны о войне» и многих других.  Он  обладатель многочисленных кинонаград, в том числе премии ТЭФИ за работу в горячих точках и специального приза имени Романа Кармена за журналистское мужество.  В 1995 году во время захвата террористами больницы в городе Буденновске  Ильяс работал корреспондентом программы «Взгляд», и был в числе тех, кто ради безопасности заложников, согласился пересесть в автобус  с вооруженными террористами и сопровождать их до указанного ими пункта.  При этом он со своим оператором не переставал снимать всё происходящее и подготовил сюжет для программы «Взгляд», который затем с волнением смотрел весь мир. А спустя несколько лет Ильяс Богатырев оказался в плену у боевиков, где провел более двух страшных месяцев, но был освобожден за выкуп. В настоящее время Ильяс возглавляет студию  документальных фильмов «Элия-фильм». И его последний фильм  «Три дагестанские новеллы на незаданную тему"  получил Гран-при на проходившем недавно в Сочи фестивале документального и авторского кино «Кунаки». Ильяс активно сотрудничает в качестве публициста с интернет-порталом «Эльбрусоид», рассказывающим о проблемах Кавказа, в том числе о событиях в его родной Кабардино-Балкарии.

Осенью 2012 года  Ильяс Богатырев впервые побывал в Исламской Республике Иран, куда он был приглашен в качестве почетного гостя на Фестиваль фильмов военной тематики «Могавемат», что в переводе означает «Сопротивление».

– Здравствуйте, Ильяс. Очень приятно, что Вы нашли время поучаствовать в нашей передаче.  Вы были единственным участником из России, насколько я знаю, фестиваля «Могавемат» - кинофестиваля, посвященного военной тематике. Расскажите, пожалуйста, для наших радиослушателей, что это был за фестиваль. И поскольку вы часто участвуете и в российских, и в международных кинофестивалях, какое у вас сложилось впечатление об этом фестивале?

–  Это большой международный фестиваль, один из важных кинофестивалей в Иране, а их много. Он проходил в городе Керман, в нескольких залах был показ фильмов фестиваля. Подавляющее большинство участников были иранцы, но были также из Японии, из Франции, из Норвегии, из США был один участник. Было много участников из стран Ближнего Востока, много арабов, из Палестины, в частности.  Но так получилось, что я оказался единственным приглашенным из России в качестве почетного гостя на этот фестиваль.

Впечатления от церемонии открытия фестиваля были вплетены в ощущения и переживания от самой страны –  я был там первый раз. И всё это у меня перемешалось в одно такое ценное ощущение от Ирана, где я хотел побывать давно, и вот это получилось. Чувствуется, что в Иране не то чтобы развит культ, но очень популярно кино вообще. Видимо, это сложилось еще с тех времен, когда в начале ХХ века иранский шах был поражен кино, увиденным в Европе, и решил переместить в Иран и технику, и людей, чтобы развить иранский кинематограф у себя. Видимо, тогда уже сложился такой специфический язык иранского кино, и даже по этому фестивалю видно, насколько большое внимание в иранском обществе уделяется кино. Быть режиссером, продюсером, актером или человеком, делающим документальное кино, очень престижно в Иране.

– С кем Вам приходилось больше всего общаться на этом фестивале?

– У меня появилось несколько новых знакомых режиссеров иранского документального кино, а также игрового кино. Но мне также было приятно увидеть гостя из Таджикистана – Насера Саидова, он сейчас возглавляет «Таджикфильм». Было очень приятно пообщаться со своим старым знакомым по фестивалю в Катаре – продюсером, человеком, занимающимся продвижением иранского кино на мировой арене, это – Амир Эсфандиари.  Кроме того, было общение с несколькими режиссерами, которые привезли туда свои фильмы. И они рассказывали об особенностях производства кино вообще в Иране.  Также я хочу сказать про Алирезу Шахрохи, который занимался организацией этого фестиваля. И я особенно ему благодарен за то, что он проявлял максимальное внимание к иностранным гостям фестиваля.  К примеру, на следующий день после приезда я был несколько простужен от кондиционеров, и я помню реакцию его и его помощников, которые поздней ночью где-то нашли лекарства и принесли мне попить, чтобы я поправился немного. В общем, я очень признателен всем им, они старались сделать как можно комфортнее наше пребывание там и как можно интереснее.

– А какая на Ваш взгляд, человека профессионального, главная особенность иранского кино? Чем оно отличается от европейского и американского?

–  Мне кажется, искренностью. Искренностью и простотой форм подачи. И сюжеты никогда не бывают запутанными настолько, чтобы в них не смог разобраться даже самый простой зритель. Мне кажется, в этом одна из особенностей иранского кино.

И кроме того, я был удивлен, что в Иране такую сильную поддержку находит кинематограф вообще: оказывается, каждый год государство финансирует до 100 фильмов на кинопленке! Это только на кинопленке, не говоря уже об огромном количестве документальных телевизионных проектов, сериалов и прочее.

«Из всех искусств для нас важнейшим является кино!» - помните слова Владимира Ильича Ленина?

– Да. И я был удивлен этим цифрам. Кроме всего этого, проходит несколько международных фестивалей кино.  Это тоже говорит о том, насколько большое внимание уделяется этому виду искусства.

– А какой фильм на этом фестивале особенно запал Вам в душу? Что понравилось больше всего?

– Мне особенно понравился фильм про чтецов Корана. Это фильм, который сделали американцы совместно с египтянами. Он так и называется – «Чтецы Корана».  Фильм про ежегодный конкурс чтецов Корана в Каире, куда съезжаются чтецы разных возрастов, которые знают наизусть Коран и могут с любого места начать его цитировать. Кстати, одним из призеров этого конкурса стал таджикский мальчик. Этот фильм мне запомнился из всего того, что сделано, в силу того, что он еще и географически широко охватывал всю планету – из Индонезии, и из Африки, и Таджикистана, из Европы, из Америки ездили туда на этот конкурс. Как готовились, как приезжали и как участвовали в этом конкурсе. В течение года снимался фильм и, видимо, это было особенно интересно.

И еще один иранский фильм, который был с субтитрам на английском языке и мне удалось посмотреть, я не помню его название, был посвящен ирано-иракской войне. Он был посвящен одной небольшой военной позиции  на границе с боевыми действиями. Он снят в такой своеобразной стилистике. Местами несколько затянут – отдельные эпизоды затянуты. Но  в целом он, наверное, как-таки и отражает весь дух этого фестиваля: в целом он носит мирный характер, хотя фильм о войне, насколько понятным языком там было сказано о том, что лучше все-таки жить в мире, чем в войне. И это при всем притом, что там много крови, много человеческих жертв. И, наверно, его можно назвать как один из показательных этого фестиваля.

– А вообще, какое у вас сложилось впечатление – готовятся ли в Иране к войне, к вторжению, как относятся иранцы к идее о том, что они станут объектом агрессии, могут стать, не дай Бог?

– С прилета в аэропорт Кермана, когда мы выходили из здания аэропорта, там был антивоенный мини-спектакль разыгран военными, в сопровождении военного оркестра. Пара кадров этой встречи у меня есть на фотографиях. И буквально с первой минуты, как мы вышли из здания аэропорта и до отлета обратно, ощущение того напряжения, ощущение напряжения не то, что в воздухе витает, но чувствуется. Чувствуется то, что люди, наверно, немного подустали от этого ожидания. Ожидания чего-то нехорошего, ожидания, что завтра может быть хуже, завтра может быть война. Но в целом я не думаю, что это может случиться. Не дай Бог, даже если это случится, мне кажется, что иранцы смогут за себя постоять и это не будет иракская компания. Мне кажется, что будет что-то более тяжелое и затяжное, для всех, кто попытается туда вторгнуться.

Потому что, как бы люди не относились к жизни в условиях экономических санкций – к тому, что не всегда можно купить, что ты хочешь, заниматься, допустим, каким-то бизнесом, торговать со всеми – к сожалению, нет таких условий сейчас для иранцев. Но даже при всех этих ограничениях они ни за что не допустят, чтобы кто-то пришел в их дом и стал ими командовать. Это чувствуется. И в характере самих иранцев это уже сложилось давным-давно: хотя они производят впечатление вроде бы очень вежливых, коммуникабельных людей, которые могут иногда и на компромисс пойти, и уступить, и иногда даже кажется, что они не умеют говорить «нет»,   но при всём при этом, их гибкость не означает ломкость! И в отношениях с ними надо быть предельно тактичными, чтобы слишком не придавить – это не тот народ, который сможет это стерпеть. И излишнее давление на иранцев может плохо кончиться для тех, кто это делает, кто оказывает давление на них. Это народ, с которым надо считаться, и считаться с его выбором.

– Спасибо Вам большое за интервью. Успехов Вам на следующих фестивалях. Надеемся, что вы еще раз поедете в Иран.

– Спасибо.  Я тоже на это надеюсь.

Дорогие радиослушатели, напомню, у нашего микрофона был известный российский журналист и кинодокументалист Ильяс Богатырев. Свои впечатления от пребывания в древнем иранском городе Кермане, где проходил кинофестиваль, Ильяс запечатлел и в фотографиях, которые любезно предоставил для нашего сайта. Там же вы можете оставить свои вопросы и комментарии. А я, Аида Соболева, на этом прощаюсь с вами до следующей встречи и желаю вам всего доброго!

Медиа

Галерея изображений

View the embedded image gallery online at:
http://russian.irib.ir/analitika/reportazh/item/164077-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD,-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD-%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD%EF%BF%BD#sigProGalleria38fe3dd923

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Видео и фото